Статья из СИЗО (статья написана одним из обвиняемых).
12.12.2009В ходе расследования уголовного дела, по которому в качестве обвиняемого «назначили» и меня были получены материалы, имеющие гриф «секретно» (в основном прослушки телефонных переговоров), в результате чего всему уголовному делу (всем материалам) был присвоен гриф «секретно». После этого по средствам массовой информации был запущен ряд передач, имеющих явно обвинительный уклон, разглашающих материалы уголовного дела (в частности телефонные переговоры), которые по смыслу закона составляют государственную тайну, за разглашение указанных данных предусмотрена уголовная ответственность.
Именно после этого у меня возник ряд вопросов:
1) Кто разгласил материалы уголовного дела через СМИ?
2) Для чего это было сделано?
3) Кто будет нести ответственность?
Ответ на первый вопрос можно найти в многочисленных телепередачах и газетных статьях. Сведения (под грифом «секретно»), которые были засекречены, следственным комитетом при Прокуратуре РФ по г. Москве, позднее были переданы в средства массовой информации самим же СК при Прокуратуре РФ по г. Москве (в кадрах телевизионных передач даёт интервью следователь следственной группы Денёв, глава следственной группы Горячев П. В., а ранее Бутузов С.В.).
Ответ на второй вопрос вытекает из первого, сделано это было с одной целью, сформировать определённое общественное мнение и создать резонанс, необходимого следствию (по смыслу репортажей меня и других обвиняемых до приговора суда «назначили» виновными), а также в представлении материалов из уголовного дела (видео-съёмок, телефонных переговоров и т.п.), которые были предоставлены в СМИ СК при Прокуратуре по г. Москве в крайне ограниченном виде и под нужным углом. К примеру, в деле имеется большое количество телефонных переговоров высокопоставленных лиц, в которых решается вопрос о передаче контрабанды, изъятой сотрудниками ОБЭП и Тушинской межрайонной прокуратурой г. Москвы, обратно контрабандистам. Ни один фрагмент из указанных переговоров не приведён в СМИ, т.к. не выгоден следствию Московской городской прокуратуры, здесь нужно сказать, что именно заместитель прокурора Юдин курировал следственную группу и контролировал ход расследования уголовного дела, возбужденного в отношении меня и других лиц на первоначальном этапе с мая по сентябрь 2007 года.
В результате получается, что весьма ограниченная часть материалов секретного уголовного дела придана гласности с соответствующими обвинительными комментариями и в определённой «чёрной окраске». В итоге цель достигнута – общественное мнение сформировано, виновные «назначены», контрабандистам вернули контрабанду (извините за тавтологию), денежные средства из бюджета государства на сумму 64 миллиона рублей, а также освободили от ответственности.
Ответа на третий вопрос так и нет, так как никто из работников СК при Прокуратуре г. Москвы так и не понёс ответственности за разглашение материалов уголовного дела, имеющих гриф «секретно»
5 августа 2009 года в ходе предварительных слушаний судьёй Московского городского суда было принято решение проводить судебный процесс в закрытом режиме, так как материалы уголовного дела, которые будут исследоваться в суде имеют гриф «секретно»
После этих событий в СМИ снова стартовала кампания по формированию общественного мнения и «назначению виновных».
ГАЗЕТА «КОММЕРСАНТЪ» № 180 (4235) от 29.09.2009, в этом номере опубликована статья «Прокурорское сообщество перевели на закрытый режим»
В статье указано, цитирую: «… заместитель начальника 2-й оперативно-розыскной части (ОРЧ) ОБЭПа майор милиции Михаил Захаров…»;
«Все подсудимые, кроме Натальи Гегечкори, своей вины в “организации преступного сообщества” (ст. 210 УК РФ), “мошенничестве в особо крупном размере” (ч. 4 ст. 159 УК РФ), “превышении должностных полномочий” (ст. 286 УК РФ) и “фальсификации доказательств” (ст. 303 УК РФ) не признают. Женщина признает вину по большинству пунктов. Трое фигурантов — Михаил Захаров, Павел Кирилин и Алексей Коренских — на следствии отказались давать показания»
Хочу пояснить:
1) Я никогда не был майором
2) Не занимал должность заместителя начальника 2-ой оперативно-розыскной части на момент моего участия в изъятии контрабанды, а был оперативным сотрудником
3) Обвинение по ст. 210 УК РФ (организация преступного сообщества, либо участие в нём) мне не предъявлялось
4) Показания по делу я дал 05.07.2007 г., в день моего задержания. А после этого 10.07.2007 г. (второй день производства следственных действий с моим участием) адвокат Акимов А.С., осуществлявший мою защиту был избит в моём присутствии следователями Московской городской прокуратуры Денёвым, Бутузовым и двумя сотрудниками отдела по борьбе с организованной преступностью по ЦФО МВД России. Мне же главой следственной группы Бутузовым было сказано: если я не дам показания, которые нужны следствию, меня посадят на 15 лет, а также посадят близких мне людей и вменят мне одну из самых тяжких статей УК, 210-ю, так как для Прокуратуры г. Москвы это не проблема. После этого мне стало ясно, что разбираться объективно никто не собирается и давать показания просто бесполезно.
Переступить через себя и дать ложные показания в отношении других лиц я не могу, даже ради собственной подписки о не выезде. Мы в отличии от следствия хотели, чтобы процесс был открытым и освещался журналистами, но для следствия это невозможно, т.к. все материалы дела сфальсифицированы.










